Страны и города Жана Боджио

Жан Боджио живет в Лионе, но неукротимый дух и талант заставляют его метаться по всему миру. В рамках одного жанра ему тесно – поэтому он постоянно придумывает себе новые занятия, отдаваясь каждому из них со всей страстью творческой натуры.

Таланты Жана разнообразны. Много лет он проработал в компании Van Cleef & Arpels, потом занялся собственной ювелирной линией. Его экстравагантные «кольца-дворцы», впервые появившиеся в 1988 году, мгновенно прославились – и это несмотря на то, что каждое из них существовало в единственном экземпляре. В этих кольцах люди видят не только красоту и оригинальность – каждое из них готово рассказать историю, похожую на сказку, и унести в детство. Вы не увидите в них точных туристических локаций и сувенирной приблизительности – они передают скорее дух места, его образ, нежели топографию. Узкие улочки Флоренции, вымощенные драгоценными камнями, готические окна французских соборов, таинственные сады, в которые хочется углубиться – в этом Жан Боджио видит поэзию и именно туда зовет тех, у кого есть желание слушать сказки.

Жан начал погружаться в ювелирный мир, когда ему было 18. Он родился в Алжире (его предками были выходцы из Италии и Испании). Возможно, этой смесью кровей и культур объясняется его гремучий темперамент – Жан ярко одевается, громко говорит, его интересы широки, внимание прыгает из одного вида искусства в другой. Он никогда не сидит на месте, постоянно что-то придумывает, организует… У него полно друзей – любой, кто попадает на его орбиту, неминуемо вовлекается в творческий водоворот.

Два года назад он устроил международный конкурс, посвященный году лошади по китайскому календарю. Обычный конкурс привлекает сто, ну двести участников. Кипучая энергия Жана взорвала весь мир – в его конкурсе приняли участие 1000 молодых ювелиров. «Хозяином» и принимающей стороной конкурса стала молодая китайская компания TTF (Today, Tomorrow, Forever), поставившая перед собой задачу представить Европе Китай как страну, способную создавать вещи высокой ювелирной культуры. Для этого компания сделала два логичных шага – открыла магазин на  Rue de la Paix в Париже и пригласила Жана Боджио в качестве художественного директора.

Jean Boggio for TTF

Сотрудничество с различными компаниями для Жана Боджио не в новинку – его интересы затрагивали фарфор (Raynaud, Havilland и Baccarat), он сделал коллекцию для Daum, в которой соединил свои навыки ювелира с цветным стеклом. Его воображение сразу начинает работать при столкновении с новым материалом – будь это дерево для мебели, текстиль, фарфор или металл для столовых приборов.

Jean Boggio for Franz

Огромный толчок для творчества дал ему Китай. В течение нескольких лет он создавал коллекцию фарфора для магазина “Jean Boggio for Franz" в Пекине, в которой соединил китайские народные мотивы, яркие краски поп-арта 1970-х и хрупкость и тонкость фарфора.

Трудно сказать, куда забросит Жана Боджио его мятежный дух в ближайшем будущем. Он не сидит на месте – его страница в Facebook каждое утро сообщает, что он снова «в бегах». Всегда в хорошем настроении, заряжающий своей энергией всех вокруг, Жан Боджио знает, что главное – не останавливаться. Если все время двигаться, непременно придешь туда, куда надо. Где находится это «надо», Жан, похоже, еще не знает. Но идет туда уверенно и с улыбкой.

Jean Boggio for Baccarat

Jean Boggio for Huzza

Моя шкатулка. Часть 6. Песчинки дальних стран

Кольца в моей коллекции занимают особое место. Может, из-за особого моего тщеславия - поскольку кольца это единственное, на что я могу смотреть сама (серьги, броши, украшения на шею все равно видишь только когда подходишь к зеркалу, а я зеркала не люблю). Кольца появлялись у меня в разное время - что-то дарили, что-то покупала... в каждом из них есть что-то, что меня зацепило когда-то и не отпускает до сих пор.

Ну, например, вот это - одно из самых любимых. Крошечная компания Le Sibille базируется в Риме, на том берегу Тибра, где Ватикан. И хотелось бы сказать, что три дамы выкладывают свои микромозаики, окруженные древними развалинами, но нет - в том районе есть только муссолиниевские дома и новостройки. Ничем не примечательный район. Зато в головах у девушек - вся мировая культура. Они изучили все орнаменты, встречающиеся в разных странах и созданные в веках. На их крошечных шедеврах оживают фрески Помпеи, мозаики Равенны, узорчатые полы бывших испанских мечетей и китайская каллиграфия.
Обычно люди, когда видят это кольцо, спрашивают: "Это рубин?" Нет, граждане. Рубин такого размера и качества был бы не у меня в шкатулке, а в короне британской империи (правда, британский двор не любит рубины - у них там какое-то против них семейное предубеждение). Это - крашеный кварц. И это - совсем не главное в этом кольце. Главное в нем - любовь, гармония и тщательность, с которыми оно сделано.
Этой марке в России опять же не повезло. Сначала ее таскали в карманах и продавали точечно - тем, для кого слово "культура" не пустой звук. Потом ее закупил большой мультибренд, и тут наступил коллапс. В магазине вещи Le Sibille стоили так дорого, что не нашли своего покупателя. Те, у кого есть культура, обычно не имеют свободных денег. Те, у кого есть деньги, задают справедливый вопрос: "А че так дорого-то? где бриллианты? За что такие деньги?" Бриллиантов, действительно, нет. К ручной работе у нас в стране сложилось пренебрежительное отношение - и это понятно: когда веками все делалось руками просто потому, что не было машин, поневоле начинаешь воспринимать это как само собой разумеющееся. Ах, трудно руками? Да ерунда - у меня бабушка шила, как Шанель!
В общем, не сложилось. А я Le Sibille нежно люблю по-прежнему, всегда захожу к ним на всех выставках.
Компанию Pianegonda из Виченцы я разглядела очень давно - и мне очень жаль, что с годами они как-то сдулись, пошли по "слишком модному" пути. А начинали очень интересно - покрытое родием серебро, огромные даже для Италии прозрачные полудрагоценные камни... Почти все их кольца, купленные в начале моей ювелирной "карьеры", я раздарила подругам - просто появились иные приоритеты, вкус изменился. Осталось одно кольцо, которое ношу редко, но смотрю на него с удовольствием.

Серебро и аметист. Ничего лишнего.
А вот у следующего кольца более длинная история. Как-то в Питере попала я на местную ювелирную выставку, и понравился мне там камень - круглый белый топаз. Кольцо, в которое он был вставлен, было совсем никудышным - да это и неважно, подумала я, переделаю как-нибудь. Да и стоило-то оно 500 рублей...
Потом у меня появился ювелирный журнал. И, естественно, ювелиры, предлагающие свои услуги. Тут-то я и вспомнила про камень. Мне его переделали (не буду называть марку - все равно кольцо вышло неудачным). Но я его носила, хотя оно натирало палец. И тут приезжает в Москву гениальный итальянец Ринальдо Гавелло с женой. Мне было велено их "выгулять". Были в Большом театре - в первом акте "Тоски" они подпевали солистам, со второго решили уйти. Гуляли по городу, обедали на крыше "Пушкина"... Напоследок Ринальдо мне говорит: "Это, конечно, не мое дело, но мне кажется, ваше кольцо вам неудобно. Давайте я вам его переделаю?"
И переделал. Это - одно из любимых. Несмотря на то, что оно очень высокое, сидит как влитое. Гавелло (увы, уже покойный) славился эргономичным подходом к украшениям. И многие вещи придумал, которыми сейчас вовсю пользуются знаменитые ювелиры.

Кольцо-"дорожку" с бриллиантами сделал для меня ювелир из Израиля Оад Оран. Он специализируется на "невидимой закрепке" бриллиантов - делает выстланные камнями циферблаты для многих знаменитых часовых марок. Мне кольцо нравится тем, что весит всего 3,5 грамма - грамм камней, остальное золото. Камни висят в аркаде - легче конструкции я пока не встречала. Многие ювелиры, рассмотрев кольцо в лупу, говорили мне: "Мы можем сделать такое!" Но пока не сделали. И это о многом говорит.

Кольцо из платины с невероятно чистым розово-сиреневым турмалином мне подарил в Японии пригласивший меня в эту страну великий коллекционер Казуми Арикава. А сделала его не менее великая женщина - Каору Кей Акихара. Ее марка Gimel - образец вкуса, тонкой работы и и величайшей простоты и изящества.

И, наконец, апофеоз минимализма - кольцо с зеленым турмалином. Слов нет.

Золото покрыто черным родием, как это было модно некоторое время назад. Просто камень. Просто зеленый. Очень люблю.

Моя шкатулка. Часть 4. Стефан Хафнер

26 декабря 2009 года скончался один из самых выдающихся итальянских ювелиров послевоенной эпохи – Стефан Хафнер. На похороны пришли бывшие сотрудники, к тому времени раскиданные по разным другим компаниям. Имя Stefan Hafner давно уже звучало с арабским акцентом. От былой славы не осталось ничего, а сам бывший хозяин дожил свой век нищим и смертельно больным в обществе любимого пса Альфи.

Моя шкатулка. Часть 3. Лунные камни

К лунным камням я неравнодушна. Вроде бы простой кварц, но внутри него есть какая-то жизнь, переливы света, изменчивость, игра... Не самый в принципе дорогой, он иногда становится поистине бесценным. Надо просто правильно искать.
Первое кольцо с лунным камнем появилось у меня много лет назад. Я тогда только начала ездить на выставку в Базель, никого не знала, шла по выставке достаточно бесцельно и заходила на те стенды, которые привлекли мое внимание. Одним из первых был стенд Henry Dunay, похожий скорее на художественную выставку, нежели на ювелирный прилавок.
Хозяин, пожилой и крайне благообразный старичок с жидким артистическим хвостиком на затылке, был рад показать свои сокровища. Он с 14 лет сидит за верстаком, все его вещи сделаны им самим с невероятной тщательностью. Не могу сказать, что они мне близки - у Генри все слишком американское, много желтого золота, вещи тяжелые, солидные... Но уровень работы, но линии, но камни! То, как он отбирал драгоценные камни для своих украшений, вошло в легенду ювелирного мира. Например, голубые лунные камни для колье он собирал 11 лет - чтобы они были одинаковыми по цвету и качеству.
Меня привлекли простые по форме кольца с черным (лакричным) лунным камнем.

Профессионалы, которым попадает в руки это кольцо, падают в обморок от качества работы.

Золото "прочесано" вручную, камень держится без капли клея... ничего лишнего.

Увы - Генри Дуней в последние годы практически пропал с ювелирной сцены. Сначала развод с женой (как это случается в Америке, она раздела его по полной программе), потом - банкротство и вынужденная продажа компании индийцам (как это сегодня случается сплошь и рядом). Генри говорит, что по сравнению с тем, что сделали с ним индийские хозяева, развод с женой покажется детской игрой.

Я встречалась с ним в свою последнюю поездку в Нью-Йорк. Он все такой же, хвостик на затылке несколько поредел. Работает дома - мастерская и офис ему не по карману. Пытается выжить. Но без работы не сидит.

Еще одно кольцо с лунным камнем я получила в подарок от Галит Шлуш и Одеда Бурштейна - совладельцев израильской компании Inbar. Прелестные, красивые люди, очень талантливые дизайнеры, они стали моими близкими друзьями. Единственными, с кем я с удовольствием общаюсь вне выставочного пространства.

Этот лунный камень странного цвета - кофе с молоком. Одед говорит, что нашел крупный минерал, из которого получилось четыре кабошона. Больше он такой оттенок не встречал. Так что можно сказать, что кольцо вполне уникальное.

Зеленый лунник в окружении голубых мне подарил мой любимый друг и художник Алексей Барсуков.

Его манера - нарочито "hand-made", золото как будто поколочено молоточком. Это кольцо - одно из моих любимых, ношу его чаще других.

Мишку, летящего на воздушных шариках из лунных камней, тоже придумал Леша Барсуков. Правда, делал его в золоте, с рубинами и бриллиантами не он сам, поэтому медведь вышел плосковатым. Все равно его не брошу, потому что он хороший.

Ну, и в заключение сегодняшней серии - еще одно кольцо Henry Dunay. Он взял у меня старинную брошку с гранатом (не слишком красивую, но камень в ней отличный) и придумал кольцо. Когда дарил мне его, сказал: "Эта вещь - very Henry Dunay". Мне пока трудновато его носить - я еще не чувствую себя американской пожилой миллионершей. Но надеюсь дорасти до него.

(продолжение следует)

Камень августа - хризолит (August Birthstone - Peridot)

Tito Pedrini

Cathy Waterman

Сегодня - международный день китов и дельфинов (Whales and Dolphins International Day)

Сегодня отмечается международный день китов и дельфинов. Дельфины были значимым ювелирным символом уже в 17 веке - в нашем сознании они прочно связаны с дружбой, любовью, взаимовыручкой... весь набор прекрасных качеств, который мы порой безуспешно ищем в окружающих нас людях.

de Grisogono

Необычные кольца (Unusual Rings)

Diamond in the Rough

Кольца, помимо своего символического смысла, еще и украшения, которые видят не только окружающие, но и те, кто их носит. В кольцах поэтому сильнее всего выражается индивидуальность - их выбирают, чтобы на них смотреть.

Рубин - камень июля (Ruby - Birthstone of July)

 Кроваво-красный камень всегда был символом власти и силы. Немногие знают, что настоящий рубин гораздо более редкий и дорогой камень, нежели бриллиант. Знаменитые месторождения Бирмы практически полностью исчерпаны. 99 процентов всех рубинов подвергают термической обработке, чтобы увеличить прозрачность и улучшить цвет. Тот самый один оставшийся процент - предмет отчаянных поисков специалистов и коллекционеров. Строго говоря, рубином называется лишь ювелирная разновидность красного корунда - прозрачная и равномерно и ярко окрашенная. То, что мы видим сегодня в модных и сравнительно недорогих украшениях - мутные тусклые грязно-бордовые камни - несмотря на свои внушительные размеры, никакой ценности не представляют и рубинами называться вряд ли могут. Последние годы принесли нам новую разновидность - так называемые glass filled rubies, или африканские рубины. Это метод обогащения корунда, смысл которого заключается в том, что из камня не слишком хорошего качества лазером вытягиваются включения, а образовавшиеся поры и дыры заполняются специальным стеклом. 

Именно поэтому так завораживают произведения мастеров прошлого - с настоящими рубинами и выдающимся дизайном.

Solomon ring

Dior

Кольца Art Deco

Строгость и гармония стиля Ар Деко в полной мере присущи ювелирным украшениям. "Ничего лишнего", только выдающиеся камни, симметрия, точные линии и сила убеждения.

Leviev versus JAR

Ну и еще один казус. Кольцо JAR с изумрудом побывало на обложке каталога Christie's и было продано за рекордную сумму. Бриллиантовый магнат Leviev под впечатлением подобного успеха сделал свой вариант кольца - с сапфиром. Видимо, в компании экономят на дизайне - а всего-то стоит нанять одного-единственного человека... (сюжет подсказан Еленой Ваевской, Why Not Sky).

JAR

Leviev

Michele Della Valle versus Carolina C.

Great Minds Think Alike - "Великие умы мыслят одинаково". Так обычно вежливые люди объясняют необъяснимое совпадение в дизайне, форме, цвете и размере. Бывает, что одни и те же мысли приходят сразу в несколько голов. Но мы-то люди трезвые и знаем - если красивое кольцо появилось в каталоге Sotheby's или Christie's, жди двойников. Вот и постоянный участник ведущих ювелирных аукционов мира Michele Della Valle дождался: его кольцо с параибским турмалином и розовыми сапфирами "отозвалось" в коллекции Carolina C.

Ring with Paraiba tourmalines and pink sapphires
by Michele della Valle

Ring with Paraiba tourmalines and rubies by
Caroline C.

Мой дом - моя крепость (My House Is My Castle)

Jean Boggio

Чистые линии мировых шедевров архитектуры не случайно перекочевали в ювелирный мир - дизайн в его совершенном воплощении. Однако в последнее время архитектура воспринимается ювелирами чересчур буквально. Носить на пальце дом, собор, башню или даже просто свой письменный стол стало модно. Omnia mea necum porto - все свое ношу с собой.

Морской конек (Sea ​​horse)

Eliza Drey

Эти грациозные существа давно волнуют воображение ювелиров. И не просто из-за красоты, но и с особым смыслом: морские коньки - чуть ли не единственные животные, у которых мужские особи вынашивают потомство. Так что они могут служить символом мужской самостоятельности и самодостаточности... Умолкаю, чтобы не обвинили в пропаганде сами знаете чего.