суббота, 30 августа 2014 г.

Моя шкатулка. Часть 7 и последняя. Леша Барсуков

Ну и наконец - коллекция в коллекции, стоящая особняком. Мой любимый автор, вещи которого носила бы бесконечно... Я - как царь Кощей, чахну над златом, у меня много вещей, сделанных Алексеем Барсуковым специально для меня. Носить их все невозможно - их слишком много. Леша по этому поводу ворчит - зачем, говорит, копить вещи, если их не носишь? Он считает, что они должны жить.
Я "подсадила" на Лешины творения всех своих друзей. И многих незнакомых людей, которые мне пишут и спрашивают, где можно увидеть работы этого автора. В эти вещи влюбляешься сразу, окончательно и бесповоротно. Просто потому, что они похожи на своего автора - сразу видно, что он добр, нежен, остроумен, что у него острый глаз и крепкая рука. В его вещах есть качество, крайне редко встречающееся у ювелиров - они обаятельны. И - недороги. Практически все сделаны из латуни или серебра. Я заказала несколько вещей в золоте с драгоценными камнями - чтобы посмотреть, насколько это изменит их ценность. Так вот, драгоценные материалы ничего не прибавляют к творениям Барсукова, кроме цены. То, что он делает, художество в чистом виде. А оно может быть и из мусора. Все равно получится красиво.
Начнем с ежика, которого я ношу каждый день, не снимая. Выйти из дома без него невозможно. Я заметила, что он несколько изменил мой характер. Я научилась говорить "нет" в тех случаях, когда меня уже приперли к стенке. В общем, это мое тотемное животное. Как-то так.
Я заказала его в золоте. Серебряный мне нравится больше.
Ежик существует еще и в виде кольца. Обсуждали мы его долго. Получился, на мой взгляд, очаровательным. Свисающая задняя лапа чего стоит!

Целая серия получилась из подарков на мой день рождения. Тема вертится вокруг Наполеона, поскольку мы родились в один день. Кольцо "Наполеон" Леша сделал из серебра с позолотой. Спросил, куда девать бриллианты. Я сказала: "Пусть у Наполеона будет бриллиантовая перхоть, чтобы он не был таким идеальным. Пусть он переживает по этому поводу".
Еще один Наполеон)))
Лев - король августа. Тоже ко дню рождения.
Ну и "грудь в крестах":

Еще одно трогательное существо - жираф.
И в виде кольца:
Отдельная тема - кошки))
То же самое - в золоте с бриллиантами
Лисенок:

и в золоте с сапфирами и бриллиантами:
Любимый всеми персонаж - медведь. Залюбленный, в заплатах...
Еще один:
А вот несколько колец и брошей:
Позолоченное серебро, шар из тигрового глаза, купленный на Миланском вокзале...
Брошь-клематис. Побывала в огромном количестве съемок для разных журналов. Смотрится всегда лучше всех драгоценностей.
Брошь-глаз. Я привезла когда-то из Нью-Йорка несколько очень светлых аметистов. Вот они и стали центром волшебного глаза.
В центре - корунд (недобросовестные московские продавцы радостно сказали бы вам, что это рубин - не верьте! хотя именно из этой породы растет рубин), зато по краям - рубины настоящие. Но маленькие. А в центре корунд, но большой.
Два последних творения - кольцо-гортензия с опалом и кольцо-грибы.


Короче говоря, я очень люблю Алексея Барсукова. В нем нет ни капли "совка", зато есть сто пудов любви. И это для меня ценнее многокаратных бриллиантов.

Моя шкатулка. Часть 6. Песчинки дальних стран

Кольца в моей коллекции занимают особое место. Может, из-за особого моего тщеславия - поскольку кольца это единственное, на что я могу смотреть сама (серьги, броши, украшения на шею все равно видишь только когда подходишь к зеркалу, а я зеркала не люблю). Кольца появлялись у меня в разное время - что-то дарили, что-то покупала... в каждом из них есть что-то, что меня зацепило когда-то и не отпускает до сих пор.
Ну, например, вот это - одно из самых любимых. Крошечная компания Le Sibille базируется в Риме, на том берегу Тибра, где Ватикан. И хотелось бы сказать, что три дамы выкладывают свои микромозаики, окруженные древними развалинами, но нет - в том районе есть только муссолиниевские дома и новостройки. Ничем не примечательный район. Зато в головах у девушек - вся мировая культура. Они изучили все орнаменты, встречающиеся в разных странах и созданные в веках. На их крошечных шедеврах оживают фрески Помпеи, мозаики Равенны, узорчатые полы бывших испанских мечетей и китайская каллиграфия.
Обычно люди, когда видят это кольцо, спрашивают: "Это рубин?" Нет, граждане. Рубин такого размера и качества был бы не у меня в шкатулке, а в короне британской империи (правда, британский двор не любит рубины - у них там какое-то против них семейное предубеждение). Это - крашеный кварц. И это - совсем не главное в этом кольце. Главное в нем - любовь, гармония и тщательность, с которыми оно сделано.
Этой марке в России опять же не повезло. Сначала ее таскали в карманах и продавали точечно - тем, для кого слово "культура" не пустой звук. Потом ее закупил большой мультибренд, и тут наступил коллапс. В магазине вещи Le Sibille стоили так дорого, что не нашли своего покупателя. Те, у кого есть культура, обычно не имеют свободных денег. Те, у кого есть деньги, задают справедливый вопрос: "А че так дорого-то? где бриллианты? За что такие деньги?" Бриллиантов, действительно, нет. К ручной работе у нас в стране сложилось пренебрежительное отношение - и это понятно: когда веками все делалось руками просто потому, что не было машин, поневоле начинаешь воспринимать это как само собой разумеющееся. Ах, трудно руками? Да ерунда - у меня бабушка шила, как Шанель!
В общем, не сложилось. А я Le Sibille нежно люблю по-прежнему, всегда захожу к ним на всех выставках.
Компанию Pianegonda из Виченцы я разглядела очень давно - и мне очень жаль, что с годами они как-то сдулись, пошли по "слишком модному" пути. А начинали очень интересно - покрытое родием серебро, огромные даже для Италии прозрачные полудрагоценные камни... Почти все их кольца, купленные в начале моей ювелирной "карьеры", я раздарила подругам - просто появились иные приоритеты, вкус изменился. Осталось одно кольцо, которое ношу редко, но смотрю на него с удовольствием.
Серебро и аметист. Ничего лишнего.
А вот у следующего кольца более длинная история. Как-то в Питере попала я на местную ювелирную выставку, и понравился мне там камень - круглый белый топаз. Кольцо, в которое он был вставлен, было совсем никудышным - да это и неважно, подумала я, переделаю как-нибудь. Да и стоило-то оно 500 рублей...
Потом у меня появился ювелирный журнал. И, естественно, ювелиры, предлагающие свои услуги. Тут-то я и вспомнила про камень. Мне его переделали (не буду называть марку - все равно кольцо вышло неудачным). Но я его носила, хотя оно натирало палец. И тут приезжает в Москву гениальный итальянец Ринальдо Гавелло с женой. Мне было велено их "выгулять". Были в Большом театре - в первом акте "Тоски" они подпевали солистам, со второго решили уйти. Гуляли по городу, обедали на крыше "Пушкина"... Напоследок Ринальдо мне говорит: "Это, конечно, не мое дело, но мне кажется, ваше кольцо вам неудобно. Давайте я вам его переделаю?"
И переделал. Это - одно из любимых. Несмотря на то, что оно очень высокое, сидит как влитое. Гавелло (увы, уже покойный) славился эргономичным подходом к украшениям. И многие вещи придумал, которыми сейчас вовсю пользуются знаменитые ювелиры.
Кольцо-"дорожку" с бриллиантами сделал для меня ювелир из Израиля Оад Оран. Он специализируется на "невидимой закрепке" бриллиантов - делает выстланные камнями циферблаты для многих знаменитых часовых марок. Мне кольцо нравится тем, что весит всего 3,5 грамма - грамм камней, остальное золото. Камни висят в аркаде - легче конструкции я пока не встречала. Многие ювелиры, рассмотрев кольцо в лупу, говорили мне: "Мы можем сделать такое!" Но пока не сделали. И это о многом говорит.
Кольцо из платины с невероятно чистым розово-сиреневым турмалином мне подарил в Японии пригласивший меня в эту страну великий коллекционер Казуми Арикава. А сделала его не менее великая женщина - Каору Кей Акихара. Ее марка Gimel - образец вкуса, тонкой работы и и величайшей простоты и изящества.

И, наконец, апофеоз минимализма - кольцо с зеленым турмалином. Слов нет.
Золото покрыто черным родием, как это было модно некоторое время назад. Просто камень. Просто зеленый. Очень люблю.

четверг, 28 августа 2014 г.

Моя шкатулка. Часть 5. Русский след

Вы не подумайте ничего плохого - с русскими дизайнерами я тоже дружу. Одному из них - Алексею Барсукову - позднее посвящу отдельный рассказ. Но что правда, то правда - с большинством из них разговор не складывается. Смесь гордыни и уныния - двух смертных грехов - сопровождает русского ювелира по жизни. С одной стороны, "мы самые великие", с другой - "а как тут выжить?"
Короче говоря, моя коллекция вещей с "русским следом" невелика.
Начнем с кольца из коллекции "Русское кружево" марки "Peter Privaloff". Ему около 15 лет - ровно столько времени мы дружим с хозяйкой марки Мариной Коротаевой. Но оно не устаревает, не портится и всегда выглядит нарядно.
С маркой Jewellery Theatre я знакома, пожалуй, дольше всех. С Максимом Вознесенским и его женой Ириной Дорофеевой (Царствие Небесное) мы устраивали их самую первую выставку. С тех пор много воды утекло, Ирина умерла, Максим исчез, марка перестала быть русской и переехала в Лондон... А кольцо "Цветок папоротника" из коллекции "Русские сказки" у меня осталось... Золото, цавориты, аметист, бриллианты.
Ювелир Андрей Михайлов сделал импровизацию на тему чертополоха - священного цветка Шотландии. Я хоть и не шотландка, но тоже испытываю слабость к этому растению. Вот что получилось:
Кольцо немного растрепанное, как и сам чертополох, но милое.
Ювелир-самородок из Новосибирска Марк Балдин возник в моей жизни из Фейсбука. Он - типичный российский Левша: до всего доходит сам, разрабатывает какие-то сумасшедшие технологии. При очевидной нехватке материалов, идей хватает с избытком. Вот несколько его вещей из моей шкатулки:










Моя шкатулка. Часть 4. Стефан Хафнер

26 декабря 2009 года скончался один из самых выдающихся итальянских ювелиров послевоенной эпохи – Стефан Хафнер. На похороны пришли бывшие сотрудники, к тому времени раскиданные по разным другим компаниям. Имя Stefan Hafner давно уже звучало с арабским акцентом. От былой славы не осталось ничего, а сам бывший хозяин дожил свой век нищим и смертельно больным в обществе любимого пса Альфи.

среда, 27 августа 2014 г.

Моя шкатулка. Часть 3. Лунные камни

К лунным камням я неравнодушна. Вроде бы простой кварц, но внутри него есть какая-то жизнь, переливы света, изменчивость, игра... Не самый в принципе дорогой, он иногда становится поистине бесценным. Надо просто правильно искать.
Первое кольцо с лунным камнем появилось у меня много лет назад. Я тогда только начала ездить на выставку в Базель, никого не знала, шла по выставке достаточно бесцельно и заходила на те стенды, которые привлекли мое внимание. Одним из первых был стенд Henry Dunay, похожий скорее на художественную выставку, нежели на ювелирный прилавок.
Хозяин, пожилой и крайне благообразный старичок с жидким артистическим хвостиком на затылке, был рад показать свои сокровища. Он с 14 лет сидит за верстаком, все его вещи сделаны им самим с невероятной тщательностью. Не могу сказать, что они мне близки - у Генри все слишком американское, много желтого золота, вещи тяжелые, солидные... Но уровень работы, но линии, но камни! То, как он отбирал драгоценные камни для своих украшений, вошло в легенду ювелирного мира. Например, голубые лунные камни для колье он собирал 11 лет - чтобы они были одинаковыми по цвету и качеству.
Меня привлекли простые по форме кольца с черным (лакричным) лунным камнем.
Профессионалы, которым попадает в руки это кольцо, падают в обморок от качества работы.
Золото "прочесано" вручную, камень держится без капли клея... ничего лишнего.
Увы - Генри Дуней в последние годы практически пропал с ювелирной сцены. Сначала развод с женой (как это случается в Америке, она раздела его по полной программе), потом - банкротство и вынужденная продажа компании индийцам (как это сегодня случается сплошь и рядом). Генри говорит, что по сравнению с тем, что сделали с ним индийские хозяева, развод с женой покажется детской игрой.
Я встречалась с ним в свою последнюю поездку в Нью-Йорк. Он все такой же, хвостик на затылке несколько поредел. Работает дома - мастерская и офис ему не по карману. Пытается выжить. Но без работы не сидит.
Еще одно кольцо с лунным камнем я получила в подарок от Галит Шлуш и Одеда Бурштейна - совладельцев израильской компании Inbar. Прелестные, красивые люди, очень талантливые дизайнеры, они стали моими близкими друзьями. Единственными, с кем я с удовольствием общаюсь вне выставочного пространства.
Этот лунный камень странного цвета - кофе с молоком. Одед говорит, что нашел крупный минерал, из которого получилось четыре кабошона. Больше он такой оттенок не встречал. Так что можно сказать, что кольцо вполне уникальное.
Зеленый лунник в окружении голубых мне подарил мой любимый друг и художник Алексей Барсуков.
Его манера - нарочито "hand-made", золото как будто поколочено молоточком. Это кольцо - одно из моих любимых, ношу его чаще других.
Мишку, летящего на воздушных шариках из лунных камней, тоже придумал Леша Барсуков. Правда, делал его в золоте, с рубинами и бриллиантами не он сам, поэтому медведь вышел плосковатым. Все равно его не брошу, потому что он хороший.
Ну, и в заключение сегодняшней серии - еще одно кольцо Henry Dunay. Он взял у меня старинную брошку с гранатом (не слишком красивую, но камень в ней отличный) и придумал кольцо. Когда дарил мне его, сказал: "Эта вещь - very Henry Dunay". Мне пока трудновато его носить - я еще не чувствую себя американской пожилой миллионершей. Но надеюсь дорасти до него.
(продолжение следует)

Моя шкатулка. Часть 2

С Карло Палмиеро мы знакомы очень давно. Меня всегда поражала его способность создать огромную коллекцию - такое под силу только очень крупным компаниям, можете мне поверить. Palmiero Jewellery Design - компания совсем  небольшая. Просто ее хозяина и главного художника идеи буквально распирают - и ему все эти годы удается держать планку.
Первое кольцо появилось у меня после того, как Карло сделал коллекцию, посвященную великим художникам-авангардистам. Мне понравилось кольцо "Кандинский", на котором цветными сапфирами и бриллиантами выложена картина художника. Палмиеро настолько ярок, что понимают его далеко не все. Помню, встретила известного ювелирно-часового обозревателя влиятельной газеты. Он скривился на моего "Кандинского": "Вы что, собрались на дискотэку?" И было в этом много презрения...
Палмиеро не очень везет в нашем "прокате" - вещи трудоемкие, а значит, дорогие. Покупатель не всегда въезжает в трудности изготовления. Вернее, ему до этого никакого дела нет. А главное - надо как минимум знать, кто такой Кандинский...
Перед вторым шедевром Палмиеро я не смогла устоять. Вот так. Просто упала.
Этот зверь хорош со всех сторон - с изнанки он тоже покрыт камнями. Кроме того, у него вращаются глаза.
А вот этого пингвина Карло сделал специально для меня. Даже форму отливки мне отдал - чтобы никогда не повторять. Пингвин очень милый, у него вертится голова и шевелятся лапы. Одно плохо - слишком блестит. Очень заметен.

(продолжение следует)

Моя шкатулка


Свою коллекцию украшений я не собирала специально, хотя в ней нет ни одной вещи, попавшей туда случайно. 15 лет назад, когда мне предложили редактировать ювелирный журнал, я относилась к украшениям так же, как большинство "духовно богатых" женщин моего окружения: "Я их не ношу, ничего в них не понимаю". Собственно, у меня их и не было - серебряные колечки, купленные на отдыхе, не в счет. В семье культа вещей никогда не было - и бабушка, и мама были строги, у мамы за всю жизнь был один тюбик губной помады, доживший до моего совершеннолетия.