Цена Оппенгеймера

Чем хороши главные мировые ювелирные аукционы, так это своей непредсказуемостью. Ход их невозможно предугадать – взлеты и падения цен и продаж дадут фору американским горкам любой сложности. Дух борьбы захватывает всех, в аукционных залах висит густое, почти осязаемое напряжение. Но это же и главная проблема.
Всего полгода назад все радовались редким камням и готовы были отдать за них любые деньги – а сегодня рубины и изумруды снимаются с продаж, поскольку не вызывают достаточного интереса у покупателей. Ровно год назад на женевских аукционах был настоящий бум на натуральный жемчуг – за некоторые нитки давали миллионы, а сегодня они уходят за скромные десятки тысяч. Более того – все чаще непроданными остаются вещи, украшающие обложки аукционных каталогов. Вынос на обложку – дело серьезное. Это значит, что с данным лотом аукционный дом связывает особые надежды. И то, что он остается за бортом, означает серьезный просчет в ожиданиях. Так, на весеннем аукционе Sotheby’s Magnificent Jewels в Нью-Йорке не был продан главный лот – голубой бриллиант Ширли Темпл. Этот камень, который «любимица Америки» получила в подарок от отца, когда ей было 12 лет, перед аукционом проехал по всей стране, о нем много писали – и несмотря на это, он не достиг нижнего эстимейта цены и был снят с продаж. Ровно год назад такая же участь постигла другой «лот с обложки» - брошь с королевским провенансом, украшавшую каталог майских торгов Magnificent Jewels Christie’s в Женеве. Непроданным остался и великолепный и очень редкий «Императорский рубин» - оцененный Sotheby’s в 4,800,000 — 7,680,000 швейцарских франков, он не дошел до нижней границы эстимейта.

Emperor Ruby. Lot unsold

Похоже, сегодня никто не хочет рисковать – покупается лишь то, что гарантированно можно перепродать с выгодой для себя. За пределами интереса дилеров остаются уникальные, а значит, очень дорогие камни, зато камни попроще по-прежнему в ходу. Практически до нуля упал спрос на изумруды – продаются только старые камни, поскольку новые, недавно добытые, подвергаются пропитке специальной смолой, делающей их менее хрупкими. Дилеры не хотят покупать смолу по цене изумрудов – поэтому «зелень» сегодня не в цене.

Christie's Magnificent Jewels
AN IMPRESSIVE PAIR OF EMERALD AND DIAMOND EARRINGS
Estimate 
CHF800,000 – CHF1,200,000
Unsold

С рубинами история другая – бирманские камни настолько выросли в цене, что сами себя вытеснили с рынка. Подавляющее большинство ювелиров готово довольствоваться камнями с новых африканских месторождений, а «редкие птицы» из Бирмы иногда остаются за бортом. Спрос на колечки с многомиллионными камнями все же, видимо, ограничен.
Упал спрос и на старинные украшения. Людям свойственно обольщаться – многим кажется, что брошь или колечко, доставшиеся им по наследству от бабушки, имеют ценность антиквариата. Это не так в подавляющем большинстве случаев. Старые вещи (XIX век) обычно получают очень низкие оценки на аукционах, поскольку камни там плохие, огранка несовершенна. Такие вещи имеют сентиментальную ценность для своих хозяев – но увы, только для них. Аукцион – не место для чувств. Старинную вещь иногда не спасает даже «благородное» происхождение. На Sotheby’s в Женеве, например, были выставлены две броши из коллекции семейства Дориа-Памфили. Семейство знаменито не только тем, что дало Ватикану одного из самых известных пап – Иннокентия Х, покровительствовавшего искусствам, но и потрясающим частным музеем в Риме. Броши – одна с огромным изумрудом, другая с не менее впечатляющим бриллиантом – были оценены в 480 000 – 770 000 франков и 960 000 – 1 920 000 франков соответственно. Бриллиант купили за 1 690 000 франков, изумруд остался непроданным.

Sotheby's Magnificent & Noble Jewels
IMPRESSIVE EMERALD AND DIAMOND BROOCH, CIRCA 1840
Estimate 480,000 — 770,000
CHF
Unsold

Sotheby's Magnificent & Noble Jewels
IMPORTANT DIAMOND PENDANT, CIRCA 1840
Estimate 960,000 — 1,920,000 Lot Sold 1,690,000
CHF

Современные принцессы и их украшения сегодня больше в цене. Коллекция принцессы Габриэлы Лейнингенской продалась за внушительную сумму в 22 миллиона франков – в основном покупателями были американцы, падкие на титулы, которые им никогда не получить.

Princess Gabriela zu Leiningen

Габриэла родилась в богатой буржуазной семье и дважды была замужем – первый раз за принцем, который дал ей титул, второй раз – за Каримом Ага Ханом IV, 49-м имамом исмаэлитов, который дал ей миллионы. Принцесса прославилась благотворительностью, одно время была послом ЮНЕСКО по защите прав женщин. Ее коллекция более поражает богатством, нежели хорошим вкусом – за исключением нескольких очаровательных брошей работы Cartier. Брошь-скрипка и брошь-лягушка вызвали оживление у покупателей и были проданы за суммы, значительно превышающие эстимейт.

Christie's Magnificent Jewels
A DIAMOND, RUBY AND EMERALD NOVELTY BROOCH, BY CARTIER
Price Realized
CHF81,250 
Estimate
CHF30,000 - CHF50,000

Christie's Magnificent Jewels
A RUBY AND DIAMOND NOVELTY BROOCH, BY CARTIER
Price Realized
CHF269,000 
Estimate
CHF10,000 - CHF15,000

Интерес покупателей значительно возрастает, если на украшении стоит имя знаменитого производителя. От брендомании никуда не деться – и вещи Cartier и Van Cleef & Arpels традиционно продаются с некоторым превышением эстимейта. Правда, эстимейт этот иногда бывает достаточно низок – и для дилеров это хорошая возможность получить брендовую вещь значительно ниже ее цены в магазине. Например, брошь с перламутром в виде цветка Van Cleef & Arpels была продана на Sotheby’s за 9 375 франков, а на сайте Van Cleef & Arpels стоит цена 35 300 евро.

Christie's Magnificent Jewels
A UNIQUE GEM-SET 'TUTTI-FRUTTI INDE MYSTÉRIEUSE' BRACELET, BY CARTIER
Price Realized 
CHF869,000 
Estimate
CHF550,000 - CHF650,000

Sotheby's Magnificent & Noble Jewels
MOTHER-OF-PEARL AND DIAMOND BROOCH, 'ROSE DE NOËL', VAN CLEEF & ARPELS
Estimate 8,000 — 12,000 Lot Sold 9,375 CHF

Sotheby's Magnificent & Noble Jewels
DIAMOND AND RUBY RING, BULGARI
Estimate 10,000 — 15,000 Lot Sold 37,500
CHF

Особо нужно сказать об ажиотаже вокруг Bulgari. Украшений этой марки на обоих аукционах в Женеве было очень много. Такое ощущение, что изменение статуса компании (она вошла в международный концерн LVMH) заставило дилеров и владельцев ювелирных галерей начать охоту на старые вещи марки, сделанные в годы, когда Bulgari задавала тон мировому ювелирному искусству. Некоторые вещи продавались в 10, 15, а то и в 30 раз выше эстимейта, как, например, кольцо с сапфиром, скромно оцененное в 10 000 – 15 000 франков и проданное за 322 000 франков. Интерес понятен – украшения, сделанные новаторами-дизайнерами в единственном экземпляре, никогда не смогут быть заменены продукцией, продиктованной логикой мирового бренда, и всегда останутся коллекционной ценностью (в отличие от новых вещей). О высоком интересе к старым вещам марки говорит и тот факт, что экспертом Bulgari Амандой Триосси среди выставленных лотов были обнаружены подделки. К чести аукционов, фальшаки были сняты с торгов.

Sotheby's Magnificent & Noble Jewels
SAPPHIRE AND DIAMOND RING, BULGARI
Estimate 10,000 — 15,000 Lot Sold 322,000
CHF

Независимым ювелирам ХХ века – Rene Boivin и Suzanne Belperron – обычно везет на аукционах. Они давно признаны коллекционными. Их вещей мало, за ними идет охота – особенно теперь, когда в Нью-Йорке открылся магазин Verdura/Belperron, торгующий, помимо старых аутентичных вещей, «новоделами» по эскизам этих художников. Вердикт специалистов строг – старые вещи, которых касались руки авторов, обладают харизмой, новые вещи пока ее лишены. Именно поэтому украшения Suzanne Belperron (на Sotheby’s их было несколько) стабильно хорошо продаются.

Sotheby's Magnificent & Noble Jewels
DIAMOND NECKLACE, SUZANNE BELPERRON, CIRCA 1940
Estimate 145,000 — 240,000 Lot Sold 225,000
CHF

Современных авторов на больших аукционах практически нет. Вернее, их туда практически не берут. Логика аукционов понятна: их дело – продавать, а не пиарить художников. Естественно, в каждом правиле есть исключения. Christie’s продал две вещи самого именитого ювелира-одиночки JAR (продал далеко не блестяще – похоже, этот автор выработал свою цену на аукционах – или просто туда давно не попадали действительные шедевры, которых у него в прошлом было много). Второе имя, вызывающее большой интерес у покупателей – Viren Bhagat. Два его кольца – с натуральным жемчугом и изумрудом – были проданы с высоким результатом.

Christie's Magnificent Jewels
A PAIR OF GARNET, TOURMALINE, AMETHYST AND DIAMOND EARCLIPS, BY JAR
Price Realized 
CHF293,000 
Estimate
CHF250,000 - CHF300,000

Christie's Magnificent Jewels
A PEARL, NATURAL PEARL AND DIAMOND RING, BY BHAGAT
Price Realized 
CHF257,000 
Estimate
CHF170,000 - CHF250,000

Christie's Magnificent Jewels
AN EMERALD AND DIAMOND RING, BY BHAGAT
Price Realized 
CHF221,000 
Estimate
CHF170,000 - CHF250,000

Ну и, конечно, камни. Цветные бриллианты чувствуют себя прекрасно, на них не отражаются ни кризис, ни депрессия. Кульминацией торгов Sotheby’s стала продажа розового бриллианта за 30 826 000 франков. Christie’s ответил драматичной битвой за голубой бриллиант Оппенгеймера – полчаса шел торг, принесший в результате сумму 56 837 000 швейцарских франков.

Sotheby's Magnificent & Noble Jewels
‘THE UNIQUE PINK’ SUPERB FANCY VIVID PINK DIAMOND RING
Estimate 26,900,000 — 36,500,000 Lot Sold 30,826,000 СHF

Christie's Magnificent Jewels
THE OPPENHEIMER BLUE
Price Realized 
CHF56,837,000 
Estimate
CHF38,000,000 - CHF45,000,000

Он химик, он ботаник

Если вы хотите знать, как выглядят украшения современного ювелира, которые с удовольствием берут самые главные мировые аукционы, то вам сюда. Знакомьтесь – Микеле делла Валле (Michele della Valle), уроженец Рима, житель Женевы, ювелир, музыкант, аристократ и эстет.

Сказать, что Микеле вдохновляет природа – значит сказать банальность: это и так очевидно при взгляде на его украшения. Гораздо интереснее то, как он видит цвет и объем цветов, листьев, животных, воды, огня… При помощи драгоценных (и не слишком драгоценных, но выразительных по цвету и фактуре) камней он воссоздает живую поверхность творений природы, добиваясь почти осязаемого подобия. Зеленые как трава цавориты, оранжевые сапфиры и спессартины, красные как кровь рубины, голубые параибские турмалины соединяются в украшениях, заставляющих коллекционеров и любителей ювелирного искусства с нетерпением ждать, когда появится что-то новое.

По признанию Микеле, все началось еще в детстве. В маленьком римском магазине он купил пригоршню фальшивых камней. Они ему так понравились, что он сделал несколько украшений из латуни и алюминия. Ему даже удалось их продать – друзья родителей были снисходительны к талантливому подростку и с удовольствием поддержали его новое увлечение. Спустя несколько лет увлечение превратилось в страсть, и Микеле отправился на поиски драгоценных камней. Не секрет, что лучшие камни в мире находят в труднодоступных местах, к тому же поиск нередко осложнен гражданскими войнами и межнациональными конфликтами, протекающими в этих регионах. Микеле это не остановило. Он вспоминает свою первую покупку в 1976 году: бирманский рубин исключительного качества. Он показал камень легендарному дилеру цветных камней Роже Варенну, и тот посоветовал искать знакомства с братьями Булгари. Что Микеле и сделал – и последующие несколько лет проработал в контакте с Паоло и Джанни. «Я научился у них радости цвета, - вспоминает Микеле, - умению смешивать полудрагоценные камни, пусть и не самые дорогие, с настоящими драгоценностями. Я понял, что главное – художественный результат, а не стоимость используемых камней».

В украшениях Микеле делла Валле виден он сам, его подход к жизни и понятию красоты: они сильные, но в то же время нежные, уверенные в себе, самодостаточные, но женственные и соблазнительные. В том, что он делает, видна культура и хорошее знакомство с ювелирным искусством прошлого. Тени Rene Boivin и Fulco di Verdura явственно видны за его спиной – но это как раз тот редкий случай, когда автор не повторяет предшественников, а следует традиции.

«Мои украшения никогда не бывают темными и драматичными, - говорит он. – Я хочу, чтобы они приносили радость». Самому Микеле радость приносит пение – он обладает драматическим тенором и записал несколько дисков с оперными ариями.

Делла Валле практически не продает свои украшения через магазины. Он выбрал для себя вариант частных продаж – он приглашает клиентов в свою студию в Женеве. Таким образом, по его словам, он может лучше узнать человека, который хочет купить украшение Michele della Valle. Выполняется заказ в мастерских в Риме и Женеве. Другой способ познакомиться с украшениями этого автора – аукционы Magnificent Jewels в Женеве и Нью-Йорке.

ARK – Ноев ковчег воспоминаний

Когда уроженцы Львова супруги Рена и Анатолий Криштул приехали в Нью-Йорк, они были молоды (только-только после института), бедны и с младенцем на руках. Через три года они открыли мастерскую по реставрации старинных предметов – от мебели до ювелирных украшений. И лишь много лет спустя, «по чистой случайности», как говорит Анатолий, они начали делать собственные ювелирные вещи.

Заказы на ювелирные украшения стали поступать от клиентов, которые приносили свои поломанные, но дорогие сердцу вещи в реставрационную мастерскую. Представьте себе безутешную даму, сломавшую кольцо, полученное по наследству от бабушки! Попытки отдать его в обычную ювелирную мастерскую приводят чаще всего к еще большему разочарованию. А Рена и Анатолий делают чудеса – тщательно и с удивительным мастерством они возвращают, казалось бы, безнадежно сломанные вещи к жизни. Постепенно их заказчиками стали музеи и частные коллекционеры.

А началось все с того, что супруги стали скупать старые поврежденные вещи на блошиных рынках. Пригодилось образование, полученное во Львове: Рена училась работе со стеклом и керамикой, Анатолий – инженерному делу. Мастерскую они оборудовали у себя на кухне. Первыми оценить их «врачебные» усилия смогли те самые люди, у которых были куплены «безнадежно больные» вещи. Молодые люди сразу получили работу. Их клиентами стали антикварные галереи Нью-Йорка. И просто люди, не желавшие расставаться с фамильной памятью – даже если она подверглась серьезным разрушениям.

 Ценность в денежном выражении не играет особой роли – Рена и Анатолий обращают внимание на «сентиментальную ценность» вещи. Они знают, что старый кувшин или бижутерная брошь могут значить для клиента гораздо больше покупного антиквариата или бриллиантов. Именно это ценят в их работе клиенты. «Мы никому не отказываем», - говорит Анатолий. На реставрационном столе могут соседствовать вещи из музея и разбитые  резвым котенком чашки из домашнего буфета.

Реставрацией ювелирных украшений супруги занялись не сразу. «Очень немногие даже опытные ювелиры знают, как починить кольцо начала XIX века или подвеску эпохи Возрождения, - говорит Анатолий. – Нужно знать историю, приемы ювелиров того времени, а также иметь необходимые материалы, которые использовались тогда». Часто к супругам обращаются люди, пытавшиеся починить старинные украшения у обычных ювелиров. То есть, в этом случае приходится исправлять еще и чужую работу.

На создание собственной ювелирной линии Рену и Анатолия вдохновили клиенты, приносившие свои украшения для реставрации. В 2008 году у них состоялась выставка в лондонской галерее на Бонд стрит. Она открылась в день, когда рынок в очередной раз рухнул, и у многих людей были вытянутые лица. Но выставка имела успех – и убедила Рену и Анатолия, что они выбрали правильное направление.

Идеи, по словам супругов, - плод совместных раздумий. Перед тем, как превратиться в рисунок, они проходят многочасовую «обкатку» и обсуждения, порой довольно эмоциональные. Украшения ARK (а как вы догадались, название марки это аббревиатура имен ее создателей) вряд ли можно назвать «современными» в массовом значении этого слова. В них нет ничего сиюминутного – Рена и Анатолий равнодушны к тенденциям моды и не бросаются делать то, чем и так заполнены прилавки «трендовых» ювелирных магазинов. И в то же время эти украшения занимают достойное место в галереях современного ювелирного дизайна. В них есть отзвук старины и отсутствует суетность – как раз то, что делает вещь фамильной драгоценностью. И еще в них есть обаяние – субстанция трудно уловимая и дающаяся очень немногим художникам. То самое обаяние, которое заставляет людей улыбаться и тянуть руки к ювелирному предмету (сами знаете – часто бывает, что иную дорогую вещь в руки взять не хочется).

Многие вещи ARK – трансформеры. В них есть движение – это скорее миниатюрные скульптуры с «секретом». Их назначение – не только занять воображение: диадема превращается в браслет или брошь, черепаха становится кольцом, подвеской или брошью…

«В дальнейшем мы хотели бы сосредоточиться на создании ювелирных украшений, - говорит Анатолий. – Это наша мечта, страсть и цель».