Японский Левша

Японский ювелир Бучин Йошиока живет в деревне недалеко от Фудзиямы, не говорит ни на каких языках, кроме родного и делает «живые» вещи. Его бабочки, стрекозы, жуки двигаются, как живые. И в этом ювелир готов биться до конца, до полного подобия природе.

Я отправилась к нему в гости после долгих переговоров – отсутствие средства коммуникации сделало эти переговоры почти невозможными. Помог друг-японец, который не только договорился с мастером о встрече, но и отвез меня к нему в деревню.

Мастер сидит в крошечной мастерской, под которую выделена комнатка в его доме. Вокруг дома бегают белые кошки с непередаваемым японским выражением на мордах – они шекастые и улыбающиеся, такой породы я раньше не видела. Мастерская похожа на место работы всех непризнанных гениев – сколько я их видела в России и в других странах! Одна стена отдана книгам, вдоль других – верстаки с (надо отдать должное японским технологиям) современными компьютерами и микроскопами. Глаз, естественно, цепляется за знакомые корешки книг – много Лалика (кто бы сомневался!), часовые каталоги за много лет, другие ювелирные издания.  Из фотографий на стене, где мастер позирует с людьми европейского типа на фоне логотипа Jaquet Droz, можно сделать вывод, что швейцарская марка не упустила возможности использовать навыки японца в своих сложных часах.

Общались мы в основном жестами – ну, и конечно, при помощи его вещиц, которые трудно назвать украшениями, но с полным основанием можно считать высокой ювелирной работой.

Никакая фотография не может передать тонкости проработки деталей – могу лишь сказать, что стрекоза из золота в руках трепещет, как живая. Лапки у нее гнутся в четырех местах, фиксируются в любой позиции, крылья раскрываются с легким щелчком, голова вертится, а если дернуть за мягкий хвост, то голова еще и поднимается. Еще у стрекозы открывается рот и вращаются глаза. Если к этому добавить, что стрекоза усыпана бесцветными и розовыми бриллиантами, можно себе представить, чего стоит мастеру работа, целью которой служит лишь удовлетворение собственного любопытства.

Бучин внешне совершенно равнодушен к дальнейшей судьбе своих вещей – какой-то магазин в Китае забирает его бабочек и стрекоз, продает их за большие деньги (тут его лицо искажает саркастическая усмешка), но даже если бы китайцев не было, он все равно не перестал бы работать. На одну вещь может уйти от трех месяцев до полугода. Мастер работает фанатично, прерываясь лишь на краткий сон и аскетичную еду.

Мировая слава? Наверно, она его волнует – иначе он не фотографировал бы своих насекомых во всех возможных ракурсах. Но и без нее он готов работать до бесконечности, до обморока, с упорством, граничащим с самоистязанием.

Красиво ли это? Не могу сказать. Так уж повелось, что про живой цветок говорят «Как нарисованный», а про ювелирную стрекозу говорят «Как живая». Вот это «как» меня и смущает. Искусная работа присутствует. Искусство как способ осознания действительности – нет. Вряд ли что-то может быть элегантнее природы. Разве что – человеческий гений. Например, Лалик, которого так любит японский Левша.

Японская этика

Хозяйка японской марки Gimel Каору Кей Акихара год назад перенесла свой офис и мастерскую на вершину горы.

Совсем не случайно. Во всем, что делает эта застенчивая женщина, всегда есть высокий смысл. Так и тут: «Я хочу, чтобы мои мастера и работники офиса каждый день были вынуждены совершать восхождение на гору. Из окна машины или автобуса по пути наверх они видят деревья и цветы, смену красок и состояний природы. Я считаю, что мастер-ювелир должен всегда смотреть на что-то красивое – только тогда из его рук будут выходить совершенные украшения».

Я впервые увидела произведения Gimel лет 15 назад, на выставке в Базеле. В витрине одного из стендов среди пышного и довольно бессмысленного нагромождения бриллиантов лежал крохотный кленовый листик. По листику полз муравей. Прелесть, беззащитность и тонкость листика поразила меня в самое сердце. «Я должна его купить!» - сказала я себе. И даже спросила цену. Увы – она была для меня слишком высока. Но листик запомнился – как и имя Gimel.

Компания была основана в 1992 году. Г-жа Акихара родилась в 1944 году в семье удачливого бизнесмена (принадлежавшего к тому же к древнему аристократическому роду), получила разностороннее образование, в том числе, в области традиционных японских искусств. Аранжировка цветов, рисование, искусство чайной церемонии – все это она знает в совершенстве, и очевидно, что все это так или иначе присутствует в ее ювелирных произведениях. Закончив преподавать экономику в одном из японских университетов, она отправилась в Лос-Анджелес изучать ювелирный дизайн и геммологию. Вернувшись в Японию, она открыла маленькую студию, которая 10 лет спустя превратилась в компанию Gimel.

Работа в Gimel строится не совсем традиционным образом: там нет разделения труда. Каждый мастер полностью отвечает за вещь: от огранки и полировки камней до их закрепки. Таким образом достигается полное соответствие замыслу и общему духу компании. Но не только это. Я спросила Кей об этом. Ответ был неожиданным: «Мастер должен знать весь процесс, потому что если он захочет уйти от меня, ему надо будет кормить семью, и знанием лишь одной операции сыт не будешь. Я должна думать о будущем своих работников». Наверно, именно поэтому они от нее и не уходят. Молодые люди сидят перед панорамным окном (опять же, благотворное влияние природы!) и работают не покладая рук над украшениями, которые близки к совершенству.

В японской культуре и традициях существует четкое разделение четырех времен года. В каждом из них проводятся свои фестивали и праздники, в соответствии с ними меняется гардероб. Перемены в природе встречаются японцами с равным вниманием и ожиданием. Gimel черпает вдохновение из этих волнующих перемен: весенние цветы и осенние листья в ее исполнении оживают, на них трепещут капли росы, а на обратной стороне любой, даже самой маленькой вещицы можно видеть миниатюрную улитку, божью коровку или гусеницу. Сколь бы малы они ни были, каждая букашка выглядит живой и украшена драгоценными камнями. Кей говорит: «Gimel пытается ухватить красоту природы в ее лучшие моменты, до того, как жизнь начнет ее покидать».

Для Gimel очень важны краски и оттенки. Она использует драгоценные камни как палитру. Переходы цвета в ее вещах поражают – для цветка в натуральную величину она берет бриллианты нескольких оттенков розового. Металл в ее вещах почти не виден. Можно сказать с уверенностью, что такого качества закрепки нет нигде в мире. Помимо качества, Gimel отличает еще и редкостное чувство юмора. Она считает, что у ювелирного украшения должна быть история. Или хотя бы интрига. Именно поэтому ее вещи занятно разглядывать не только снаружи, но и с изнанки – там всегда есть сюрприз.

И еще одна деталь: Gimel никогда не работает с металлом, который уже раньше использовался. Только с совершенно новыми, только что добытыми платиной и золотом. Душа Каору полностью растворена в природе и древних традициях. Эта немолодая женщина ушла от суеты городов и живет на горе, чтобы целиком посвятить себя любимому искусству. 

Текст: Елена Веселая

Новые японцы (New Japanese Jewellery)

Когда говорят о японском ювелирном деле, в памяти всплывает одно-единственное имя - Mikimoto. Из производителя культивированного жемчуга компания превратилась в ювелирный бренд, затмивший своей известностью все остальные "жемчужные" марки. Но не одним жемчугом жива Япония - и мы беремся это доказать.

От японских ювелиров невольно ждешь того же, что от японских дизайнеров одежды - сурового минимализма, асимметричности и идеальных пропорций. Однако в большинстве случаев это не так - японские ювелиры любят цветочки и листики, классику и прочие чистые, но достаточно банальные формы. Дело в том, что японскому ювелирному искусству не так много лет - в Японии не было традиции украшать женщин. Все искусство досталось мужчинам - и пошло на богато изукрашенное оружие. В то время, как в Европе ювелиры изощрялись в изяществе, японские мастера ваяли самурайские мечи.

Ювелирное дело стало расцветать в Японии только в конце ХХ века. Даже Mikimoto скорее воспринимается как международный бренд - особенно в смысле дизайна, которому компания стала уделять внимание лишь в последние несколько лет (до этого под знаменитым именем выходили достаточно стандартные классические вещи). 

Но Япония не была бы Японией, если бы не рванула вперед и здесь. Вот несколько имен, на которые стоит обратить внимание.

Takayas Mizuno